![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
«Что за скотство курить в парке кальян, когда люди погибают». Так эти люди – мы и есть, в том числе. И мы тоже погибаем, в том числе. Возможно, этот кальян в парке последний в жизни. Надо наслаждаться этими моментам как раз потому, что возможно это последний раз. Мы это прекрасно понимаем.
Нас не надо накручивать еще больше. Каждый раз, ложась спать, мы не знаем, не прилетит ли ракета в твой дом. Каждый раз, выходя на улицу, мы не знаем, не прилетит ли ракета во время прогулки. Сделать с этим мы ничего не можем, а выходить из дома надо. Если накручивать себя еще больше, то можно просто сойти с ума в самом буквальном психиатрическом смысле слова.
А если и нет, то проблема похуже – ожидание победы становится настолько невыносимым, обычное существование настолько безрадостным, что люди становятся готовы закончить войну любым образом, даже капитуляцией. Когда живешь, наслаждаешься жизнью по мере сил – можно держаться дальше. Но когда каждый день это адский труд – долго не продержишься.
Нас не надо накручивать еще больше. Каждый раз, ложась спать, мы не знаем, не прилетит ли ракета в твой дом. Каждый раз, выходя на улицу, мы не знаем, не прилетит ли ракета во время прогулки. Сделать с этим мы ничего не можем, а выходить из дома надо. Если накручивать себя еще больше, то можно просто сойти с ума в самом буквальном психиатрическом смысле слова.
А если и нет, то проблема похуже – ожидание победы становится настолько невыносимым, обычное существование настолько безрадостным, что люди становятся готовы закончить войну любым образом, даже капитуляцией. Когда живешь, наслаждаешься жизнью по мере сил – можно держаться дальше. Но когда каждый день это адский труд – долго не продержишься.
